уголовное дело № 1 - 30/2018

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Белгород 5 апреля 2018 года

Белгородский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Крюкова С.Н.,

при секретарях Мочаловой К.О., Терещенко А.Л.,

с участием государственного обвинителя, помощника прокурора Белгородского района Раевской О.А.,

подсудимых Канищева Р.В. и Нарижного С.Б., их защитников, адвокатов Печинога В.А. и Потёмкина И.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

Канищева Романа Викторовича, (информация скрыта), осужденного приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода от 23 августа 2016 года по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ к штрафу в размере двадцати тысяч рублей, наказание исполнено 28 ноября 2016 года,

в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ,

Нарижного Станислава Борисовича, (информация скрыта) несудимого,

    в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч.2 ст. 112 УК РФ,

у с т а н о в и л:

Канищев Р.В. умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего.

Нарижный С.Б. умышленно причинил средней тяжести вред здоровью, не опасный для жизни человека, вызвавший длительное расстройство здоровья, совершенный группой лиц.

Преступления совершены при следующих обстоятельствах:

1 октября 2017 года, в 15-ом часу, Канищев Р.В. и Нарижный С.Б., пребывая в состоянии алкогольного опьянения, прибыли к дому КВИ., расположенному по адресу: (адрес обезличен), где тот проживал со своей дочерью ШАВ., состоящей в дружеских отношениях с Канищевым. По просьбе Ш. к Канищеву они прибыли с целью забрать её из указанного дома из-за причинения ей отцом телесных повреждений и вынуждения злоупотреблять спиртными напитками совместно с ним. В указанном домовладении Канищев и Нарижный обнаружили находящегося в состоянии алкогольного опьянения К., выражавшего недовольство их приходом, из-за чего у Канищева и Нарижного с хозяином дома сложились личные неприязненные отношения, на почве которых у них сформировался прямой умысел на причинение последнему телесных повреждений.

В тот же день, около 15 часов, в помещении указанного дома по адресу: (адрес обезличен) Канищев и Нарижный, реализуя совместный преступный умысел о причинении К. телесных повреждений, действуя группой лиц, умышленно, совместно, на почве внезапно возникшей личной неприязни, осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий, сознательно допуская возможность наступления общественно-опасных последствий в виде причинения вреда здоровью К. средней тяжести, находясь в состоянии алкогольного опьянения, напали на последнего и подвергли его избиению.

При этом Нарижный нанес потерпевшему не менее 6 ударов руками в область головы, а Канищев нанес не менее 2 ударов руками и не менее 2 ударов ногами в область головы К, в результате чего своими совместными преступными действиями Канищев и Нарижный, действовавшие группой лиц, умышленно причинили К. телесные повреждения в области головы в виде (информация скрыта) причинившие в совокупности средней тяжести вред здоровью, по признаку длительного расстройства здоровья.

Помимо этого, в этот же день, около 15 часов, в помещении указанного дома по адресу: (адрес обезличен), Канищев в процессе избиения потерпевшего, на почве внезапно возникшей личной неприязни к нему, осознавая фактический характер и общественную опасность своих действий, действуя с целью причинения К. вреда здоровью, в том числе тяжкого, самонадеянно и без достаточных к тому оснований рассчитывая на предотвращение общественно опасных последствий своих действий в виде смерти потерпевшего, также нанес К. не менее 11 ударов ногами в область живота, грудной клетки, верхних и нижних конечностей, в результате чего умышленно причинил К.:

- (информация скрыта), причинившие в совокупности тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- (информация скрыта), не причинившие вреда здоровью.

Смерть К. наступила на месте происшествия от (информация скрыта). Между причиненными Канищевым телесными повреждениями К. в области живота и грудной клетки, и наступлением смерти последнего имеется прямая причинно-следственная связь.

В судебном заседании Канищев Р.В. вину в предъявленном обвинении признал частично. Сообщил, что согласен с обвинением о причинении К. телесных повреждений, которые в итоге привели к его смерти. Не согласился, что он действовал в состоянии алкогольного опьянения. Сообщил, что утром 1 октября 2017 года ему позвонила бывшая супруга ША и попросила забрать её из дома отца последней – К., поскольку последний спаивал её. Он подозревал, что тот может быть в состоянии алкогольного опьянения, позвал знакомого Нарижного, попросил его помочь забрать Ш.. Нарижный согласился. помочь. В первой половине 1 октября 2017 года они с Нарижным выпили немного спиртного, но пьяным он себя не чувствовал. Днем на такси приехали с Нарижным к дому К.. О том, как найти его дом, он узнал по телефону у матери Ш. – КОН., с которой в этот день созванивался. В доме обнаружили, что К. был пьян, пытался препятствовать им. Он оттолкнул К. и проследовал к Ш., К. проявил агрессию к Нарижному и Нарижный в это время или ударил или оттолкнул К., после чего «…тот успокоился». Вместе с Нарижным они вынесли Ш. на улицу. Когда К. мешал этому, он несколько раз ударил ногой по телу потерпевшего. Признал, что он нанес потерпевшему 2 удара ногой в область груди и 3 удара в туловище. Категорично утверждал, что в ходе конфликта с К. Нарижный также избивал последнего и нанес ему сначала 1 раз рукой по лицу, а затем еще примерно 2-3 раза рукой по лицу. После чего Нарижный по телефону вызвал отца и уехал с места происшествия.

Из оглашенных в порядке ст. 276 УПК РФ показаний Канищева на предварительном следствии известны иным обстоятельства причинения потерпевшему им совместно с Нарижным телесных повреждений. Он пояснял, что сам нанес примерно 5 ударов ногами по туловищу К., когда тот находился на полу. Также категорично утверждал о нанесении Нарижным потерпевшему руками не менее 4-5 ударов в область головы. Сообщал, что Нарижный в область туловища К. не бил, наносил лишь удары в область головы потерпевшего. Утверждал, что все повреждения в области туловища К. причинил он. О непосредственном избиении потерпевшего Канищев пояснял, что когда они с Нарижным зашли в дом К., он проследовал в комнату, где была Ш., а Нарижный в это время нанес не менее 3 ударов кулаками по голове К., один удар он сам видел, еще 2 удара он слышал и более кроме Нарижного и К. в помещении никого не было. После того, как они вынесли Ш. на улицу, Нарижный еще раз избивал К. и нанес еще примерно 3-4 удара кулаками рук в область головы К., нанесение которых он наблюдал когда Нарижный был повернут к нему спиной. (т.2 л.д. 8-12, 16-21, 26-29)

При проверке показаний на месте Канищев также сообщал о том, что все телесные повреждения в области туловища потерпевшего причинил непосредственно он. Сообщал, что Нарижный в область туловища К. не бил, а нанес тому примерно 4-5 ударов руками в область головы. При этом Канищев наглядно демонстрировал на манекене свои действия в отношении К., указывая как именно он наносил удары ногами в область туловища и живота потерпевшего. Также он показывал и действия Нарижного по отношении к К., которые он видел и помнил, в том числе конкретно указывал на используемом манекене нанесение Нарижным именно кулаками рук несколько ударов в голову потерпевшего (т.2 л.д. 30-37)

Подсудимый Нарижный С.Б. в инкриминируемом преступлении виновным себя не признал. Пояснил, что 1 октября 2017 года, в дневное время, действительно по предложению знакомого Канищева, с которым они в этот день употребили немного крепкого спиртного, согласившись помочь Канищеву – забрать знакомую Ш., он с Канищевым прибыл на такси к ранее неизвестному ему дому в с. Веселая Лопань Белгородского района Белгородской области. Там он стал случайным свидетелем конфликта Канищева со взрослым мужчиной – хозяином дома, как позже выяснилось - К.. В ходе этого конфликта Канищев нанес удар по лицу мужчины, потом они боролись, упали, после чего Канищев поднялся и стал наносить удары ногами по туловищу и по голове потерпевшего. Утверждает, что видел как Канищев примерно 2 раза ударил ногами по туловищу потерпевшего, 2 раза ногами в область его головы, а также 3-4 раза ударил К. руками в область головы. Потерпевший при этом лежал на полу. При этом он сам участия в конфликте практически не принимал, но поскольку К. был очень злой, он три раза открытой ладонью руки нанес пощечины хозяину дома еще до того, как потерпевший упал на пол и более того не бил. Этим он пытался пресечь конфликт между Канищевым и К.. Полагает, что от его действий повреждения у потерпевшего образоваться не могли. Кроме того заявил, что он ударил К., так как почувствовал с его стороны угрозу для своей жизни. После этого они с Канищевым вынесли Ш., которая бездвижно лежала в доме, на улицу, после чего Канищев вновь направился в дом, К. в это время находился в доме на полу, был жив, приподнимался на руках. Он по телефону вызвал отца и вместе с ним уехал из с.Веселая Лопань домой.

Несмотря на частичное признание Канищевым и непризнание Нарижным своей вины, она подтверждается показаниями потерпевшей, свидетелей, данными протоколов осмотра места происшествия и вещественных доказательств, заключениями экспертиз и иными доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Так, потерпевшая ТОИ., которой КВИ. приходился братом, сообщила, что последний проживал в частном доме по адресу: (адрес обезличен). Был разведен и в последнее время, бывало, злоупотреблял спиртным. Общался со своей дочерью ША, которую она в целом охарактеризовала отрицательно, поскольку та по её мнению злоупотребляет спиртным и общается с аморальным контингентом, ранее была замужем за Канищевым. Иногда Ш. проживала в доме К., как и незадолго перед его смертью, обстоятельства которых ей не известны.

Свидетель ШАВ подтвердила показания Т. о том, что ранее была (информация скрыта) за Канищевым, а после развода, иногда проживала дома у отца в с. Веселая Лопань. Так с 28 сентября 2017 года она также проживала дома у отца, поскольку у нее был стресс в личной жизни и её негде было больше жить. С этого времени они с отцом употребляли спиртное. Обстоятельства распития спиртного она не помнит, как не помнит и события, которые происходили в доме отца вплоть до 1 октября 2017 года. Очнулась она от алкогольного опьянения уже в отделении полиции 1 октября 2017 года, где ей стало известно о смерти отца. Вспомнила лишь, что в какой-то период времени она позвонила Канищеву Роману и попросила его забрать из дома отца, но при каких обстоятельствах она звонила, когда именно и как её Канищев забирал – пояснить не смогла.

Свидетель ААЕ., приходящийся КВИ. соседом, подтвердил, что дочь К. Ш. с конца сентября 2017 года проживала у отца. Он видел, как 1 октября 2017 года, примерно в обеденное время, когда он убирал свой двор, к дому соседа подошли двое незнакомых мужчин, один из которых был одет в черный плащ, которые проследовали во двор К. и от дома он с их стороны он услышал голос: «Открывай!», после чего они зашли в дом К.. Вскоре оттуда послышался шум борьбы, звуки были похожи на драку. Об этом он сообщил в полицию и продолжил заниматься делами по хозяйству. Примерно через 40 минут после того, как мужчины зашли в дом, увидел во дворе дома лежащую Ш. и мужчину в черном плаще. Приехавшие сотрудники полиции задержали его, он представился Романом. По внешнему виду он пребывал в состоянии алкогольного опьянения. В доме был обнаружен труп соседа К. с телесными повреждениями. Обстановка в доме напоминала признаки борьбы, вещи валялись на полу, была битая посуда. На вопросы о том, что произошло Роман пояснил, что с ним был его друг, который к моменту приезда полиции уже ушел. Со слов Романа его друг несколько раз ударил К.. Когда и как именно второй мужчина покинул домовладение свидетель пояснить не смог, поскольку не видел этого, поскольку не все время наблюдал за двором соседа и кроме того не весь его двор просматривается.

ЗСВ. пояснил, что именно он является тем сотрудником полиции, который прибыл 1 октября 2017 года по вызову А. по адресу: (адрес обезличен), где во дворе дома обнаружил лежащую на земле ША, рядом с ней парня, который представился Канищевым Романом. В доме был обнаружен труп хозяина дома КВИ. с видимыми телесными повреждениями. Поскольку А. сообщил, что Канищев зашел в дом потерпевшего со вторым мужчиной, но спросил у Канищева, где его знакомый, тот ответил, что уже ушел. О наличии на трупе повреждений Канищев пояснял, что ушедший знаковый в ходе конфликта причинил потерпевшему телесные повреждения (т.1 л.д. 110-112).

Свидетель ФОВ. рассказал, что 1 октября 2017 года, работая в такси, в дневное время он подвозил двух молодых парней, один из которых был в длинный кожаный плащ, второй – в синюю куртку, из г. Белгорода от магазина (информация скрыта) с ул. Губкина г. Белгорода в с. Веселая Лопань. Парень в плаще пояснял, что им необходимо забрать оттуда его супругу. Настаивал, что оба пассажира были в состоянии алкогольного опьянения, от них он чувствовал запах спиртного. Запомнил, что мужчина в синей куртке, когда выходил из автомобиля был уже «… изрядно выпивший». (т.1 л.д. 114-116)

Свидетели НТФ. и НБВ., родители НСБ подтвердили, что сын НСБ. 1 октября 2017 года был одет в синюю куртку.

Н. сообщила, что в этот день сына Нарижного С.Б. она встретила вблизи магазина (информация скрыта) на ул. Губкина г. Белгорода, который взял у нее 700 рублей и ушел.

НБВ. рассказал, что сын позвонил около 15 часов 05 минут и попросил его забрать из с. Веселая Лопань Белгородского района Белгородской области, примерно в 15 часов 40 минут он подъехал туда на своем автомобиле и забрал сына, которого отвез домой. О причине нахождения в с.Веселая Лопань сын кратко пояснил, что помогал знакомому Роману и его жене перевозить вещи.

Свидетель КОН., бывшая (информация скрыта) потерпевшего К и мать ШАВ. сообщила, что 1 октября 2017 года ей неоднократно в утреннее и в обеденное время звонил бывший (информация скрыта) - Канищев Роман, с который она была в хороших отношениях. Сначала он сообщил, что хочет забрать из с. Веселая Лопань Ш. и спрашивал адрес дома К.. Она знала, что её бывший муж очень сильный человек, в состоянии опьянения – агрессивный и поэтому она отговаривала Канищева ехать туда, так как предполагала, что может случиться драка. Потом Канищев звонил ей уже позже и сообщал, что он уже с кем-то едет в с.Веселая Лопань в такси – «Мы едем в такси», после чего она ему объяснила как имеенно проехать к дому К..

КИВ., работающий фельдшером в ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» рассказал, что 1 октября 2017 года вместе с ГВА. около 17 часов выезжал в (информация скрыта) где во дворе обнаружили сотрудников полиции, сидящую на земле девушку в состоянии сильного алкогольного опьянения и мужчину рядом в черном плаще. Девушке была оказана помощь. В доме был обнаружен труп мужчины, тело которого осматривала Г. и констатировала наступление смерти, после чего они им уже не занимались.

ГВА. подтвердила показания коллеги, дополнив, что на лице трупа она наблюдала повреждения (т.1 л.д. 125-127).

    Потерпевшая и названные свидетели в установленном порядке предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Их показания логичны, последовательны, согласуются между собой и с показаниями Канищева и Нарижного об обстоятельствах их появления в доме К. и в своей совокупности позволяют суду установить факты нахождения 1 октября 2017 года в дневное время в доме КВИ. его самого и его дочери Ш. в состоянии алкогольного опьянения, прибытия в это же время туда именно Канищева и Нарижного, также пребывающих в состоянии алкогольного опьянения для того, чтобы забрать её из этого дома, пьяного конфликта в этом доме между Канищевым и Нарижным с одной стороны и К. – с другой в результате недовольства хозяина дома нахождением в его домовладении посторонних лиц и их стремлением забрать его дочь в неизвестном направлении, в результате которого К. совместными действиями Канищева и Нарижного были причинены множественные телесные повреждения в области головы, а также повреждения в области туловища, в результате причинения последних приведших к смерти К.. Оснований не доверять показаниям названных свидетелей у суда не имеется.

Помимо показаний потерпевшей и свидетелей, вина Канищева и Нарижного в совершении инкриминируемых им преступлений подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами:

- сообщением, поступившим 1 октября 2017 года в 16-ом часу в дежурную часть ОМВД России по Белгородскому району о том, что в доме по адресу: (адрес обезличен) находятся посторонние лица (т. 1 л.д. 32),

- сообщением, поступившим 1 октября 2017 в 20-ом часу в дежурную часть ОМВД России по Белгородскому району о том, что в доме по адресу: (адрес обезличен) обнаружен труп КВИ. (т. 1 л.д. 33),

- данными карты вызова скорой медицинской помощи от 1 октября 2017, из которой известно о поступлении в этот день на подстанцию скорой медицинской помощи ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ» сообщения о необходимости выезда по адресу: (адрес обезличен) для медицинской помощи Ш., куда выезжали фельдшеры К. и Г. (т. 2 л.д. 142-143),

- протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого осмотрено домовладение, расположенное по адресу: (адрес обезличен), входная дверь в которое повреждений не имеет, запорное устройство исправно, входная дверь в открытом состоянии, в доме обнаружен беспорядок – разбросанные вещи, стеклянные и пластиковая бутылки из-под спиртного, металлическая банка, мобильный телефон, пачка из-под сигарет и окурки сигарет; в доме на полу также обнаружен труп КВИ. на боку с видимыми телесными повреждения в виде (информация скрыта) (т. 1 л.д. 15-27),

- протоколом осмотра трупа КВИ., которым на теле трупа зафиксированы телесные повреждения в области головы и туловища, а также изъята одежда с трупа, (информация скрыта) (т. 2 л.д. 144-147),

- заключением судебно-медициской экспертизы трупа КВИ., в ходе которого при исследовании трупа установлены телесные повреждения:

- в области головы в виде (информация скрыта), причинившие в совокупности средней тяжести вред здоровью, по признаку длительного расстройства здоровья;

- в область живота и грудной клетки (информация скрыта), причинившие в совокупности тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- верхних и нижних конечностей - (информация скрыта), не причинившие вреда здоровью.

По механизму образования и кратности травматических воздействий (учитывая их характер, морфологию и анатомическую локализацию) вышеуказанные повреждения образовались прижизненно в короткий промежуток времени, в срок который может соответствовать 1 октября 2017 года: в области головы - от не менее чем восьмикратного; в области грудной клетки и живота - от не менее чем шестикратного; в области конечностей - от не менее чем пятикратного прямого-ударного и ударнотангенциального (касательного/скользящего) воздействия тупых твердых предметов, конструкционные особенности которых на повреждении не отобразились. Также два ударных воздействия в области конечностей, не состоящих в причинной связью со смертью и не причинившие вреда здоровью, могли быть причинены за двое суток до смерти потерпевшего.

Смерть К. наступила на месте происшествия от геморрагического шока, развившегося вследствие обильной кровопотери, в результате (информация скрыта). Между причиненными Канищевым телесными повреждениями К. в области живота и грудной клетки, и наступлением смерти последнего имеется прямая причинно-следственная связь.

При судебно-химическом исследовании крови от трупа КВИ. установлено, наличие этилового спирта в количестве 1,64 г/л, что свидетельствует о том, что незадолго до наступления смерти он употреблял алкоголь (т. 2 л.д. 224-240)

- протоколом выемки у Канищева, в ходе которого у него изъят мобильный телефон «Micromax D 303», а также одежда - плащ, сорочка, футболка, в которых он находился 1 октября 2017 (т. 2 л.д. 160-164),

- протоколом личного досмотра Канищева Р.В., в ходе которого у него изъяты джинсовые брюки и пара ботинок, в которых он находился 1 октября 2017 года (т. 1 л.д. 38-39),

- протоколом личного досмотра Нарижного С.Б. в ходе которого у него о изъяты джинсовые брюки и пара кроссовок, в которых он находился 1 октября 2017 года (т. 1 л.д. 42-43),

- заключением биологической экспертизы методом генотипоскопии по предметам одежды, изъятым у Канищева, в соответствии с выводами которого на сорочке и плаще, изъятых у Канищева обнаружены следы крови, которые произошли от КВИ. Также на ботинках Канищева имеются следы крови, установить генетические признаки которых не представилось возможным (т. 3 л.д. 36-43),

- заключением биологической экспертизы методом генотипоскопии по предметам одежды, изъятых у Нарижного С.Б., в соответствии с выводами которого на кроссовке и джинсовых брюках имеются следы крови, которые произошли от КВИ На другом кроссовке имеются следы крови, установить генетические признаки которых не представилось возможным (т. 3 л.д. 56-62),

- заключением судебно-медицинской экспертизы в отношении Нарижного, в соответствии с выводами которого у него зафиксированы лишь повреждения в области кистей рук, иных повреждений не выявлено. Из описательной части заключения следует, что эксперту Нарижный пояснял, что «…были вдвоем с другом, там был мужчина, мы приехали за девушкой друга, у друга возникла драка с тем мужчиной, я стал их разнимать, я схватил друга за одежду и оттащил его, после пару раз ударил того мужчину кулаком по лицу – по щеке, больше его не бил, тот мужчина меня не бил». (т. 2 л.д. 181-182)

    - заключение    м судебно-медицинской экспертизы в отношении Канищева, в соответствии с выводами которого у него телесных повреждений не выявлено (т. 2 л.д. 194-195),

    - заключение    м судебно-медицинской экспертизы в отношении ШАВ., в соответствии с выводами которого у нее выявлены ссадины в области (информация скрыта), не причинившие вреда здоровью (т. 2 л.д. 208-209),

    - протоколами осмотра изъятых в ходе следствия у Канищева и Нарижного телефонов и документов, содержащих информацию о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами, при осмотре которых установлено и подтверждается наличие телефонных соединений 1 октября 2017 года, имевших между абонентским номером, находящимся в пользовании Канищева и теми лицами о которых он указывает в своих показаниях, а именно с Нарижным С.Б., с ШАВ. с КОН., а также наличие телефонных соединений 1 октября 2017 года, имевших между абонентским номером, находящимся в пользовании Нарижного С.Б., и теми лицами, о которых он указывает в своих показаниях, в том числе со своим отцом. При этом 1 октября 2017 года абонентский номер, находящийся в пользовании Канищева, до 13:53 находится в зоне действия базовых станций, расположенных в г. Белгороде, а в период времени с 14:18 до 17:45 находился в зоне действия базовой станции, находящейся в п. Политотдельский Белгородского района. Абонентский номер, находящийся в пользовании Нарижного С.Б., 1 октября 2017 года до 12:46 находился в зоне действия базовой станции по адресу: (адрес обезличен); в 13:49 находился в зоне действия базовой станции по адресу: (адрес обезличен); в период времени с 14:20 по 15:46 находился в зоне действия базовой станции, расположенной по улице (адрес обезличен); после этого в период времени с 16:29 по 21:12 находился в зоне действия базовой станции по адресу: (адрес обезличен). Осмотренные объекты признаны по делу вещественными доказательствами (т.3 л.д. 158-165, 199-214, 242-243),

- протоколами осмотров изъятых при осмотре места происшествия, а также у Канищева и Нарижного С.Б. объектов, в том числе, диска CD-R с информацией о телефонных соединениях по абонентскому номеру Канищева, информации о телефонных соединениях по абонентским номерам Нарижного С.Б. и его отца, пары кроссовок и джинсовых брюк, изъятых у Нарижного С.Б., пары ботинок, плаща, сорочки, изъятых у Канищева, мобильного телефона, изъятого у Канищева. Осмотренные объекты признаны вещественными доказательствами (т.3 л.д. 166-173, 215-243),

решением Мирового судьи судебного участка № 2 Белгородского района Белгородской области от 2 октября 2017, в соответствии с которым Канищев признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ст. 20.21 КоАП РФ и ему назначено наказания в виде административного ареста на срок 1 сутки. Также судом установлено, что Канищев 1 октября 2017 года находился вблизи дома по адресу: (адрес обезличен) в состоянии алкогольного опьянения. Канищев свою вину в совершении административного правонарушения признал (т. 2 л.д. 139),

- актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 2085 от проведенного в ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», в соответствии с которым у Канищева установлено состояние алкогольного опьянения (т. 2 л.д. 140),

- актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения № 2086 от проведенного в ОГБУЗ «Белгородская ЦРБ», в соответствии с которым у Нарижного С.Б. установлено состояние алкогольного опьянения (т. 1 л.д. 44).

Названные доказательства проверены судом путем сопоставления их друг с другом, а также с показаниями подсудимых, потерпевшей и свидетелей, оценены с точки зрения их относимости, достоверности и допустимости, а в своей совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. Оснований для признания их недопустимыми судом не установлено.

Заключения названных экспертиз, исследованных в судебном заседании, выполнены имеющими соответствующую высокую квалификацию и значительный стаж работы экспертами, которые предупреждены в установленном порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертиз научно обоснованы, последовательны, логичны и понятны. Оснований не доверять им суд не усматривает.

    Оценивая исследованные доказательства в своей совокупности суд приходит к выводу о том, что нахождение 1 октября 2017 года в дневное время в доме КВИ. его самого и его дочери Ш. в состоянии алкогольного опьянения, прибытие в это же время туда именно Канищева и Нарижного, чтобы забрать её из этого дома, конфликта в этом доме между Канищевым и Нарижным с одной стороны и К. – с другой в результате недовольства хозяина дома нахождением в его домовладении посторонних лиц и их стремлением забрать его дочь в неизвестном направлении, установлено в судебном заседании и не оспаривается и самими подсудимыми и их защитой. Не оспаривается ими и то, что именно после конфликта с ними труп К. в этот же день был обнаружен с телесными повреждениями в своём доме.

    Канищев при этом в судебном заседании сообщает о меньшем количестве причиненных именно им потерпевшему повреждений, чем выявлены в результате исследования трупа К., а также говорит о незначительной роли в этом Нарижного. Нарижный отрицает факт личного избиения К., лишь сообщая о трех пощечинах потерпевшему, которые не могли повлечь причинение выявленных у потерпевшего в области головы повреждений. Также оба отрицают, что их действия были как-то обусловлены употреблением спиртного.

    Данные доводы подсудимых проверены в судебном заседании путем сопоставления этих показания с иными доказательствами и своего подтверждения она не нашли.

    Так, факт алкогольного опьянения установлен, вопреки доводам стороны защиты, не только актами освидетельствования Канищева и Нарижного, но и иными доказательствами, в том числе показаниями самих подсудимых, указывающих на распитие незадолго до появления в доме Клименко спиртного, а также показаниями свидетелей Ф., А., также прямо указывающих на это. Утверждение подсудимых, что они себя пьяными не чувствовали, не может являться для суда основанием для констатации отсутствия факта употребления спиртного.

    Утверждения Нарижного о пощечинах опровергается показаниями Канищева на предварительном следствии, где он прямо указывал о нанесении Нарижным кулаками ударов в голову потерпевшего, о чем он пояснял и прибывшим на место происшествия свидетелям, сведениями из заключения судебно-медицинской экспертизы в отношении Нарижного, где он излагал иные обстоятельства общения с К.. Кроме того, данные биологической экспертизы одежды и обуви Нарижного, с выявленными следами крови потерпевшего, в совокупности с выводами судебно-медицинской экспертизы трупа К. о локализации и характере телесных повреждений на голове потерпевшего, также указывают, что Нарижный не просто случайно непродолжительное время постоял рядом с потерпевшим, дав тому три пощечины, а контактировал с ним достаточное время для возникновения у потерпевшего кровотечения с последующим пропаданием этой крови на одежду Нарижного. Это полностью согласуется с показаниями Канищева в ходе следствия, оглашенными в судебном заседании, о том, что он видел, как Нарижный руками нанес примерно 4-5 ударов в голову потерпевшему. С этим же выводом согласуется и поведение Нарижного сразу после этого, где он фактически бросил своего друга, которому обещал помочь и спешно покинул место происшествия, ретировавшись на автомобиле отца, которого специально для этого вызвал.

    Доводы защиты Нарижного об отсутствии мотивов для причинения повреждений К. являются несостоятельными, поскольку сам Нарижный в судебном заседании заявил, что почувствовал со стороны К. угрозу для себя, что не согласуется с утверждениями об отсутствии у него к К. неприязни.

    Доводы об отсутствии сговора на причинение потерпевшему телесных повреждений являются необоснованными, поскольку Нарижному не инкриминирукется совершение преступления по предварительному сговору, а однородные действия Нарижного и Канищева по нанесению повреждений К. в одном месте в короткий промежуток времени позволяют сделать суждение о групповом характере их действий без предварительного сговора об этом.

    Поэтому показаниям Нарижного о непричастности к избиению К. суд не доверяет и расценивает их как способ защиты от предъявленного обвинения.

По этим же причинам суд не имеет оснований доверять показаниям Канищева о незначительной роли Нарижного в причинении телесных повреждений К.. Поскольку в этой части его показания опровергаются исследованными доказательствами, суд расценивает их стремление уменьшить степень ответственности своего знакомого Нарижного.

При этом показания на предварительном следствии в качестве подозреваемого и в качестве обвиняемого, в том числе при проверке его показания на месте, исследованные в судебном заседании, (т.2 л.д. 8-12, 16-21, 30-37, 26-29) Канищев давал в присутствии защитника, являющегося профессиональным адвокатом, после разъяснения его процессуальных прав, что в судебном заседании нашло подтверждение. Эти показания носят последовательный характер, подробны, детальны и согласуются с исследованными в судебном заседании доказательствами, в связи с чем суд признает их достоверными и допустимыми доказательствами по делу. Оснований не доверять им у суда нет.

Суд отмечает, что Канищев как в ходе следствия, так и в судебном заседании последовательно сообщал о том, что повреждения в области туловища и живота потерпевшему причинил именно он. Даже после осознания того, какие именно повреждения повлекли смерть потерпевшего, Канищев категорично заявлял, что Нарижный К. в живот не бил, а только наносил удары рукой в голову потерпевшему. Это вопреки доводам стороны защиты Нарижного дает суду основания полагать, что показания Канищева в этой части являются последовательными и логичными, в том числе о причинении повреждений Нарижным в области головы потерпевшего. Незначительные расхождения в показаниях Канищева в точном количестве нанесенных Нарижным ударов, с его изначальном сообщении, что это количество примерное, не может ставить эти показания Канищева под сомнение.

    Незначительные, с учетом установленной причины смерти К., расхождения в показаниях Канищева в части личного нанесения повреждений в голову потерпевшему, с учетом того, что в основном он удары потерпевшему наносил, когда тот находился на полу с изменением позы потерпевшего, а также с учетом скоротечности развития событий, по мнению суда также не дают оснований для утверждения о порочности в целом показаний Канищева, в том числе с демонтрацией собственных действий на манекене в ходе следственного эксперимента.

    Поскольку показания К. как в отношении Нарижного, так и в части собственного избиения потерпевшего подтверждаются материалами дела, суд не имеет оснований им не доверять.

Таким образом, исследовав представленные стороной обвинения и стороной защиты доказательства в их совокупности, сопоставив их между собой, суд находит вину подсудимых в совершении инкриминируемых им преступлений доказанной, а предъявленное обвинение - обоснованным, подтвержденным собранным по делу доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Действия Канищева суд квалифицирует по ч.4 ст. 111 УК РФ - умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Действия Нарижного суд квалифицирует по п. «г» ч.2 ст. 112 УК РФ - умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное группой лиц.

Инкриминируемое Канищеву преступление относятся к категории особо тяжких преступлений, вмененное Нарижному преступное деяние – преступление средней тяжести.

Объектом обоих преступлений являются общественные отношения, складывающиеся по поводу обеспечения безопасности здоровья человека. Дополнительным объектом преступления, инкриминируемого Канищеву, являются общественные отношения, обеспечивающие безопасность жизни человека.

Как Канищев, так и Нарижный осознавали общественную опасность своих действий, связанных с причинением потерпевшему вреда здоровью, предвидели неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде в одном случае причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, в другом – вреда его здоровью средней тяжести. Канищев при этом самонадеянно и без достаточных к тому оснований рассчитывал на предотвращение общественно опасных последствий своих действий в виде смерти потерпевшего, в результате чего его умышленные действия, причинившие тяжкий вред здоровью потерпевшего, повлекли по неосторожности смерть потерпевшего.

При назначении наказания суд в соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности инкриминируемых подсудимым преступлений, обстоятельства их совершения, личность обоих подсудимых, наличие смягчающих и отягчающих их наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление Канищева и Нарижного и на условия жизни их семей.

Канищев осужден приговором Октябрьского районного суда г. Белгорода от 23 августа 2016 года по п. «в» ч.2 ст. 158 УК РФ к штрафу в размере двадцати тысяч рублей, наказание исполнено 28 ноября 2016 года (т.2 л.д. 68-70, 88-89). В 2017 году привлекался к административной ответственности за появление в общественных местах в состоянии опьянения и за распитие алкогольной продукции в общественных местах (т.2 л.д. 69,74). Зарегистрирован и проживает по (адрес обезличен) (т.2 л.д. 65). Участковым уполномоченным полиции по месту жительства характеризуется удовлетворительно, жалоб на него не поступало (т.2 л.д. 85-86). (информация скрыта) малолетнего ребенка (т.2 л.д. 94, 96, 100). Военнообязанный (т.2 л.д. 127-129). На учетах врача нарколога и психиатра не состоит (т.2 л.д. 71-72). (информация скрыта) КЗВ. в судебном заседании охарактеризован положительно.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов Канищев хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, не страдал на период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, и не страдает ими в настоящее время. У него не обнаруживалось и признаков какого-либо временного психического расстройства. Он мог на период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, и может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По состоянию своего психического здоровью не несет опасности для себя, других лиц, либо возможности причинения им иного существенного вреда. В применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается (т.3 л.д. 147-152)

Нарижный С.Б. не судим (т.1 л.д. 222-223). В 2017 году привлекался к административной ответственности за нарушение запрета курения табака (т.1 л.д.222, 226). Зарегистрирован по адресу: (адрес обезличен), фактически проживающего по адресу: (адрес обезличен) (т.1 л.д. 220-221). Участковым уполномоченным полиции по месту жительства характеризуется отрицательно, привлекался к административной ответственности, злоупотребляет спиртными напитками, с соседями дружеские отношения не поддерживает, но жалоб на него не поступало (т.1 л.д. 239, 241). (информация скрыта), имеет малолетнего ребенка (т.2 л.д. 95, 98-99). На учетах врача нарколога и психиатра не состоит (т.1 л.д. 224-225, 236-238). (информация скрыта) НТФ. и НБВ. в судебном заседании охарактеризован положительно.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов Нарижный хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, не страдал на период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, и не страдает ими в настоящее время. У него не обнаруживалось и признаков какого-либо временного психического расстройства. Он мог на период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, и может в настоящее время осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По состоянию своего психического здоровью не несет опасности для себя, других лиц, либо возможности причинения им иного существенного вреда. В применении к нему принудительных мер медицинского характера не нуждается (т. 3 л.д. 129-134).

С учетом выводов экспертов, которые являются научно обоснованными, последовательными, логичными и понятными, а также с учетом обстоятельств дела и поведения Канищева и Нарижного в судебном заседании, суд считает их вменяемыми, способными осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, в том числе во время инкриминируемых им деяний.

Обстоятельствами, смягчающими наказание Канищева, суд признает частичное признание вины и раскаяние в содеянном, наличие малолетнего ребенка, в содержании и воспитании которого он принимает участие (п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ), состояние здоровья, обусловленное наличием у него (информация скрыта) (ч.2 ст. 61 УК РФ).

Обстоятельствами, смягчающими наказание Нарижного, суд признает наличие малолетнего ребенка (п. «г» ч.1 ст. 61 УК РФ), состояние здоровья, обусловленное наличием у него (информация скрыта) (ч.2 ст. 61 УК РФ).

Суд также учитывает (информация скрыта) Канищева и (информация скрыта) Нарижного, которым они оказывают помощь, в том числе материальную, обусловленное, в том числе, наличием (информация скрыта) Нарижного.

Суд принимает во внимание аморальность в поведении потерпевшего по отношении к своей дочери Ш., однако полагает, что оснований для признания смягчающими вину подсудимых обстоятельством противоправность или аморальность поведения потерпевшего оснований не имеется, поскольку К. во время визита подсудимых находился в собственном доме. Канищев и Нарижный для него были не званными гостями, в связи с чем его требования покинуть территорию домовладения были правомерными. Ш. при этом претензий уголовно-правого характера к К. не предъявила. Повреждений у Канищева и Нарижного не обнаружено. При таких обстоятельствах суд полагает, что его действия в отношении подсудимых характера неправомерного или аморального не носили.

Поскольку Канищевым инкриминируемое преступление совершено при наличии неснятой и непогашенной судимости за ранее совершенное умышленное преступление, в соответствии с ч.1 ст. 18 УК РФ в его действиях усматривается рецидив преступлений, который суд признает обстоятельством, отягчающим его наказание (п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ).

Кроме того, суд полагает, что в судебном заседании вопреки доводам подсудимых и стороны защиты, нашел подтверждение определяющий характер влияния состояния алкогольного опьянения Канищева и Нарижного на возникновение их преступного умысла и последующие действия с целью его реализации.

На это указывает не только сам факт употребления подсудимыми алкоголя незадолго до поездки к потерпевшему, но и характер их действий в домовладении последнего, в том числе, непосредственно в отношении него. Об этом, в частности, указывает то, что при очевидном понимании подсудимыми нахождения перед ними малознакомого для Канищева и незнакомого для Нарижного потерпевшего в состоянии алкогольного опьянения, находящегося в собственном жилом доме, возрастом гораздо старше их, находясь в численном превосходстве, то есть имея реальную возможность оказать на него действенное воздействие без неоправданного причинения вреда его здоровью, они подвергли его избиению с нанесением множественных повреждений в области головы (Нарижный и Канищев) и туловища (Канищев). Суд с учетом обстоятельств инкриминируемых преступлений и личности как Канищева, ранее привлекавшегося к административной ответственности за распитие спиртного в общественных местах, так и Нарижного, характеризующегося участковым как лицо, злоупотребляющее спиртным, приходит к выводу, что именно нахождение в состоянии опьянения не позволило подсудимым адекватно оценить сложившуюся ситуацию в общении с потерпевшим и избежать его избиения.

Поэтому отягчающим наказание Канищева и Нарижного обстоятельством, суд признает совершение инкриминируемых им преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя (ч.1.1 ст. 63 УК РФ).

Иных отягчающих наказание подсудимых обстоятельств судом не установлено.

При назначении вида и размера наказания суд учитывает обстоятельства совершенного преступления, данные о личности подсудимых, наличие как смягчающих, так и отягчающих их наказание обстоятельств и считает, что цели наказания могут быть достигнуты с назначением как Канищеву, так и Нарижному наказания за совершение инкриминируемых им преступлений в виде лишения свободы, полагая, что только данный вид наказания является справедливым, соответствует характеру и степени общественной опасности инкриминируемых им преступлений, обстоятельствам их совершения и личности каждого из подсудимых и повлияет на их реальное исправление.

Поскольку в действиях Канищева присутствует рецидив преступлений, при назначении ему наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности ранее совершенного преступления, обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие оказалось недостаточным, а также характер и степень общественной опасности вновь совершенного преступления, и руководствуется положениями ч.2 ст. 68 УК РФ

С учетом обстоятельств совершенного Канищевым преступления, его личности, совершения им преступления за пределами места его регистрации и фактического проживания, в состоянии алкогольного опьянения, в отношении малознакомого потерпевшего, суд полагает, что имеются основания для назначения ему дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

С учетом фактических обстоятельств инкриминируемых Канищеву и Нарижному преступлений, степени их общественной опасности, оснований для изменения в порядке ч.6 ст. 15 УК РФ категории преступления на менее тяжкую, а также применения положений ст. 73 УК РФ, то есть условного осуждения как Канищева, так и Нарижного, не имеется.

Учитывая изложенное, исключительных обстоятельств, в том числе существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенных Канищевым и Нарижным преступлений, позволяющих применить ст. 64 УК РФ, при назначении наказания Канищеву и Нарижному, судом не установлено.

2 и 3 октября 2017 года соответственно Нарижный и Канищев задержаны в порядке ст. ст. 91-92 УПК РФ. В качестве меры пресечения каждому из них избрано заключение под стражу. Срок содержания их под стражей продлевался на основании судебных решений, продлен до 9 апреля 2018 года включительно. Время их задержания в порядке ст. ст. 91-92 УПК РФ и содержания под стражей соответственно с 2 и с 3 октября 2017 года по 4 апреля 2018 года включительно следует зачесть в срок отбытия наказания.

Суд определяет режим отбывания наказание в виде лишения свободы:

- Канищеву, с учетом в его действиях рецидива, на основании п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ - в исправительной колонии строгого режима,

- Нарижному на основании п. «а» ч.1 ст. 58 УК РФ - в колонии-поселении.

Учитывая избранную подсудимым Канищеву и Нарижному меру пресечения в виде заключения под стражу, отсутствие оснований для избрания альтернативных мер пресечения, а также характер и тяжесть совершенных преступлений, для обеспечения исполнения приговора к реальному лишению свободы, суд считает необходимым оставить Канищеву и Нарижному меру пресечения в виде заключения под стражу без изменения до вступления приговора в законную силу.

По делу потерпевшей ТОИ. заявлен гражданский иск о возмещении морального вреда в размере 1000000 (один миллион) рублей, что обосновано ей причиненными нравственными страданиями, вызванными смертью (информация скрыта) (т.1 л.д. 54-55)

В судебном заседании Канищев признавая вину частично, с иском не огласился. Нарижный иск не признал.

На основании положений ст.ст. 151, 1101 ГК РФ, исходя из характера причиненных потерпевшей ТОИ. физических и нравственных страданий, связанных в связи со смертью её (информация скрыта), принимая во внимание, что причинение смерти К. инкриминируется лишь Канищеву, учитывая его имущественное положение, обусловленное отсутствием у него собственности и постоянного источника дохода, но находящихся в молодом трудоспособном возрасте, с учетом требований разумности и справедливости, исковые требования о возмещении морального вреда подлежат частичному удовлетворению в размере 750 000 (семиста пятидесяти тысяч) рублей, которые надлежит взыскать с Канищева.

Поскольку в судебном заседании установлено, что причиной смерти явились не те, повреждения, которые причинил Нарижный, суд не имеет законных оснований признать, что моральный вред в результате смерти К. потерпевшей причинен действиями Нарижного.

Вещественными доказательствами по делу признаны: диск CD-R с информацией о телефонных соединениях по абонентскому номеру Канищева Р.В.; информация о телефонных соединениях по абонентским номерам Нарижного С.Б. и НБВ. (т. 3 л.д. 212-214); пара кроссовок и джинсовые брюки, изъятые у Нарижного С.Б.; пара ботинок, плащ, сорочка изъятые у Канищева Р.В., мобильный телефон, изъятый у Канищева Р.В. (т. 3 л.д. 242-243). Вопрос о вещественных доказательствах надлежит решить в соответствии с положениями ч.3 ст. 81 УПК РФ.

По делу имеются процессуальные издержки, предусмотренные ч.2 ст. 131 УПК РФ, в размере 1650 рублей, связанные с оплатой труда адвоката СНН. в связи с оказанием юридической помощи Канищеву Р.В., которые в соответствии с ч.1 ст. 132 УПК РФ надлежит взыскать с Канищева Р.В.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 296, 307 – 309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

Признать Канищева Романа Викторовича виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы сроком на 1 (один) год с установлением в период отбытия дополнительного наказания, в виде ограничения свободы, следующих ограничений:

- не изменять без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, место жительства, где он будет проживать после отбытия основного наказания, и не выезжать за пределы того муниципального образования, в котором он будет проживать после отбытия основного наказания,

- возложить на осужденного обязанность являться в уголовно-исполнительную инспекцию 1 (один) раз в месяц для регистрации в дни и время, назначенные уголовно-исполнительной инспекцией.

Зачесть Канищеву Р.В. в срок отбытия наказания время задержания в порядке ст. ст. 91-92 УПК РФ и содержания под стражей с 3 октября 2017 года по 4 апреля 2018 года включительно.

Срок отбывания основного наказания исчислять с 5 апреля 2018 года.

Срок отбывания дополнительного наказания исчислять со дня постановки осужденного на учет специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы.

Меру пресечения Канищева Романа Викторовича до вступления приговора в законную силу оставить прежней – заключение под стражу.

Признать Нарижного Станислава Борисовича виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч.2 ст. 112 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Определить порядок следования к месту отбытия наказания – под конвоем.

Зачесть Нарижному С.Б. в срок отбытия наказания время задержания в порядке ст. ст. 91-92 УПК РФ и содержания под стражей с 2 октября 2017 года по 4 апреля 2018 года включительно.

Срок отбывания наказания исчислять с 5 апреля 2018 года.

Меру пресечения Нарижному Станиславу Борисовичу до вступления приговора в законную силу оставить прежней – заключение под стражу.

Исковые требования потерпевшей – гражданского истца ТОИ. удовлетворить в части. Взыскать в счет компенсации морального вреда в пользу ТОИ с Канищева Романа Викторовича – 750 000 (семьсот пятьдесят тысяч) рублей. В исковых требованиях ТОИ. к Нарижному Станиславу Борисовичу - отказать.

Вещественные доказательства: диск CD-R с информацией о телефонных соединениях по абонентскому номеру Канищева Р.В., информацию о телефонных соединениях по абонентским номерам Нарижного С.Б. и НБВ. – хранить при деле; пару кроссовок и джинсовые брюки, изъятые у Нарижного С.Б., пару ботинок, плащ и сорочку, изъятые у Канищева Р.В. – уничтожить; мобильный телефон, изъятый у Канищева Р.В. – вернуть ему как законному владельцу.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвоката СНН. в суде в размере 1650 рублей - взыскать с Канищева Р.В.

Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Белгородского областного суда в течение 10 суток со дня его провозглашения, осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора суда, путем подачи апелляционной жалобы через Белгородский районный суд Белгородской области.

В этот же срок, в случае подачи апелляционной жалобы, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии и участии их защитников в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья                                      С.Н.Крюков